Одесса в фотографиях (cdyu) wrote,
Одесса в фотографиях
cdyu

“Вспомнить всё”. Драма Саши Сидорова

Алексей очнулся от наркоза. То есть, он начал вдруг осознавать, что существует, но пока ничего не видел. Он не знал где он, и, самое неприятное, он не знал кто он. Голова раскалывалась от тупой боли. Язык пересох и распух. Монотонное пиканье какого-то аппарата проникало прямо в мозг и отдавалось там назойливыми уколами. Он с трудом разлепил веки. Его поразила всеобъемлющая белизна окружающего пространства. Определённо, он был в больничной палате. Капельница, возвышавшаяся над ним, не оставляла никаких сомнений.

Он вдруг ощутил своё тело и понял, что лежит на спине и смотрит в потолок. Он смутно чувствовал, что в его теле произошли какие-то изменения, но никак не мог понять, какие именно. Обведя взглядом потолок и стены, он посмотрел вниз и увидел два небольших белых холмика, выпиравших из под простыни ниже его подбородка. Нехорошее предчувствие шевельнулось в груди. Он медленно пополз правой ладонью в низ живота и нащупал плотную повязку бинтов там, где должен был быть его…. О, ужас! Он вспомнил всё! И снова провалился в небытие наркотического сна.

***

За неделю до этого председатель предвыборного штаба Жан-Коль Де Вейдер и личный хакер Алексея Воробьёв, вошли к нему в кабинет и закрыли дверь.

— Шеф, есть серьёзный разговор, — начал с порога Жан-Коль.

— Что такое? — спросил Алексей.

Помощники переглянулись и Жан-Коль выпалил: “Надо менять пол, шеф!”.

Алексей машинально опустил взгляд на паркет и спросил — Причём тут пол? – Кстати, паркет ещё вполне приличный, отметил он про себя.

Жан-Коль взглянул на Воробьева и сказал — Давай ты, я не смогу.

— Шеф, вы знаете, как обстоят дела с рейтингами в последнее время, — продолжил Воробьёв.

— Ну?

— А вчера социологи обнаружили неожиданный скачок вашего рейтинга в одном из дворов района.

— Продолжай…

— Мы отправили туда активистов и выяснилось, что конкуренты распространили во дворе листовки, выставляющие вас… как бы это сказать… бабой.

— Сволочи! — возмутился Алексей.

— Дело в том, шеф, что после листовок ваш рейтинг во дворе вырос до 92-х процентов.

— Как это?

— Избиратели хотят видеть вас женщиной, шеф! — подытожил за Воробьёва Жан-Коль.

Алексей сидел, откинувшись в кресле и закрыв глаза.

Что делать, что делать? – лихорадочно думал он. Как поступить? Это всё сучка Ковалевская со своим феминизмом. Все бабы теперь за нее. Так, по крайней мере, утверждали социологи. Еще эти два, Жан-Коль и Воробьёв, на мозги капают. Им-то что, это не им под скальпель ложиться. Сам виноват, не надо было Жану новую “девятку” обещать. А Воробьев – тот за новый компьютер и бабушку продаст. Роют теперь землю. Развили активность, хотя я ещё ничего не решил. С хирургом уже договорились. Имя уже придумали – Изольда, тьфу! Жену убедили. Разрисовали ей перспективы, если в Раду пройду. Вот интересно, если не пройду, как они себя поведут? Пиявки хреновы. Сразу убегут или попозже? Похоже, нет у меня выбора. Надо соглашаться.

Его раздумья прервал стук в дверь. Вошли Жан-Коль и Воробьев.

Есть новости, шеф — начал с порога Жан-Коль. Воробьёв хакнул переписку Ковалевской и Шевчука.

— И?

— Она уговорила Шевчука изменить пол! Социологи говорят – этот ход выводит их партию на первое место.

— И он согласился? Он же гандболист! Это же конец карьеры! — изумился Алексей.

— Напротив, шеф, — сказал Воробьёв, — я также хакнул его деловую переписку. Он уже заключил контракт на триста миллионов с женской гандбольной командой из Эмиратов.

— Какой женский гандбол в Эмиратах? Ты что несёшь? — возмутился Алексей.

— Это правда, шеф. У них там существует подпольная женская гандбольная лига. Ставки в тотализаторе достигают миллиарда. Отсюда такие гонорары для спортсменов, в смысле, спортсменок.

Алексей перевёл вопросительный взгляд на Жана-Николая. Тот утвердительно кивнул.

Ну, если уж Шевчук решился, то придётся и мне – обречённо подумал Алексей.

***

Алексей снова открыл глаза. Возле кровати в белых халатах и бахилах стояли Жан-Николай и Воробьёв. Воробьёв держал в руках букет красных лилий. Алексей поймал себя на мысли, что ему нравятся лилии.

— Здравствуйте, шеф — сказал Жан-Коль и запнулся. Воробьёв подтолкнул его локтем.

— Госпожа Изольда, — поправился Жан-Коль и смутился.

Алексей почему-то поправил чубчик, выбившийся из-под больничной шапочки.

— Как рейтинги? — спросил он.

Жан-Коль замялся: — Дело в том, шеф… простите! госпожа Изольда… что социологи ошиблись. Не было никакого всплеска рейтинга в том дворе…

— А как же Шевчук? Ковалевская? Женская гандбольная лига? — холодея, спросил Алексей-Изольда.

— Дело в том, госпожа Изольда, что этот идиот, — тут Жан-Коль дал Воробьёву подзатыльник, — Не ту переписку хакнул. Шевчук и не собирался менять пол.

Алексей закрыл глаза.

Откуда-то издалека до него доносился голос Воробьёва — Ничего еще не потеряно, шеф! У нас есть новая идея! Беспроигрышная! Мы всех уделаем! Слово хакера!

До выборов оставалась неделя.
Tags: thebook
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments